Карантин рыб

Обзор результатов изучения карантинных протоколов крупных зарубежных зоопарков и аквариумов

Большинство зоопарков и аквариумистов приобретают рыбок из различных источников, включая дикую природу и крупные коммерческие фермы. Инфекционные заболевания распространены среди этих рыб, особенно после влияния стрессорных факторов при транспортировке. Заболевания могут привести к высокой смертности, в частности, эктопаразитарные простейшие у костных рыб (т.е. Ichthyophthirius, Cryptocaryon, и Amyloodinium) и моногенеи (Gyrodactylus). Несколько болезней вызывают проявление хронического недомогания и потерю эстетического вида (Neobenedinia, пиявки, лимфоцистоз). Если возбудители этих заболеваний попадают в большие объемы воды, то возможности контроля, диагностики и лечения существенно ограничиваются объемом системы, обслуживающим оборудованием, составом видов. В некоторых случаях, контроль патогенного организма невозможен. Карантинные мероприятия, проводимые для снижения риска внесения инфекции в систему, позволяют диагностировать, контролировать инфекцию и лечить рыб изолированно от других животных. Карантин также приспосабливает этих рыб к новым условиям обитания, под пристальным вниманием персонала.

Ассоциация зоопарков и аквариумов (AZA) установила, что карантинные стандарты, предназначенные для сухопутных и части аквариумных животных, не всегда применимы в отношении рыб. Существуют различия в эффективности и практичности карантина в зависимости от вида животного, его требований к среде обитания и доступных условий содержания. Рекомендации по проведению карантина рыб публикуются повсеместно, однако отсутствуют сводные данные о современных практических методах.

В данной статье собраны результаты изучения карантинных протоколов из зоопарков и аквариумов. Целью являлось не рекомендация специфического протокола, а раскрытие преимуществ и недостатков различных подходов, в зависимости от вида и условий содержания. Важно ориентироваться среди широкого множества протоколов, применяемых в учреждениях, сравнивать их. Это обогатит личный опыт, улучшит практику и поможет снизить болезненность и смертность, как в карантине, так и при сборе рыб.

Материалы и методы
С ноября 2008 года по февраль 2009 год ветеринарам, обслуживающим крупные зоопарки и аквариумы, задавалось 60 вопросов. Респонденты находились преимущественно в Северной Америки, часть в Европе и Азии. Вопросы касались типа системы для карантина (замкнутая или проточная), продолжительность карантина, диагностика, лечение (включая концентрацию медикамента), очистку и дезинфекцию. Из 18 вопросов 7 предполагали исчерпывающий ответ, а 11 нуждались в развернутом ответе. На последние вопросы требовались комментарии (диагностические тесты, протоколы лечения).

Учреждения, в которых карантин проводился в проточных системах, оценивались отдельно. Обработка рыб считалась рутинной, если она являлась частью карантинного протокола и использовалась для большинства членов группы в целях профилактики. Некоторые способы обработки не входили в стандартный протокол карантина, но использовались в ответ на заражение специфическим патогеном или в определенной ситуации; они рассматривались отдельно.

Обработкой погружением назывались погружения рыб в раствор на менее чем 5 минут, а ваннами – погружения на более чем 5 минут. Неполные ответы выбраковывались. Число полных ответов на каждый вопрос выражалось n-числом. Для оценки взаимосвязи между числом приобретенных рыб и доступностью выделенного пространства или персонала использовался бивариантный анализ (непараметрический коэффициент корреляции Spearman). Другие типы статистики были одновариантными.

Результаты
42 из 60 учреждений ответили на опрос (70%), хотя не каждое учреждение отвечало на все вопросы. Несколько учреждений привели детальный протокол карантина. Большинство из них аккредитовано организацией AZA (74%, 31/42), включая три из восьми международных учреждения. Большинство содержат более 500 рыб в год (59%, 19/32), а многие даже более 2000 рыб в год (28%, 9/32). 38 учреждений использовали замкнутую систему для карантина (90%, 38/42), и оставшиеся 4 – преимущественно применяли проточную систему для карантина (10%, 4/42).

Проточные системы непрерывно обогащались новой водой (т.е. из соседнего моря). В двух учреждениях с проточными системами область карантина была физически изолирована от основной зоны, где содержались гидробионты, и там назначался специальный персонал. Минимальный срок карантина в этих учреждениях составлял 30 дней. В двух других учреждениях использовались резервные зоны на выставке для карантина, продолжительность которого менее 30 дней. Они докладывали о схожих заболеваниях, возникающих у рыб в карантинных и выставочных емкостях, потому что возбудитель проникал с поступающей водой. У всех четырех учреждений с проточной системой карантина ручное исследование проводилось редко. Обычно не использовалось никаких лекарственных препаратов; лишь традиционная обработка путем погружения в морскую и пресную воду.

Замкнутые системы полагались на фильтрацию и работу насоса для осуществления рециркуляции и поддержания необходимого содержания кислорода. Каждая из них была независимой, поэтому карантин проводился более эффективно, с пониженным риском попадания возбудителя инфекции к другим животным. Следующие результаты приведены только для учреждений с замкнутыми системами.

Большинство из них располагало площадью карантина, физически изолированной от выставочных и резервных аквариумов (64%, 23/36). Некоторые учреждения использовали только эти площади (19%, 7/36), но многие другие также проводили карантин в резервных аквариумах (44%, 16/36). Остальные учреждения не изолировали рыб для карантина и проводили его в общем резервном аквариуме (36%, 13/36). Использование карантинных площадей не коррелировало с числом приобретаемых рыб (коэффициент корреляции Spearman 0.22, P = 0.27).

Многие учреждения располагали персоналом, который проводил карантин (25%, 9/36). Учреждения, закупающие менее 500 рыб в год, не имели персонала. Тем не менее, при объемах покупки бо’льшего числа рыбы в год вероятность появления отдельного персонала возрастала (коэффициент корреляции Spearman 0.49, P = 0.009).

Некоторые учреждения никогда не проводили карантин рыб в выставочных системах (19%, 6/32). Другие редко или иногда проводили карантин рыб на выставке (81%, 26/32). Чаще всего это было связано с наличием незанятого пространства выставочных емкостей, часто включающих небольшие обособленные системы со специфическими видами рыб. Другая причина проведения карантина в выставочных аквариумах заключалась в недостатке свободного места в резервных емкостях (например, для холодноводных видов). Иногда проведению карантина в выставочных аквариумах предшествовало профилактическое погружение в растворы от эктопаразитов.

Здесь находится скрытый текст. Для его просмотра необходимо зарегистрироваться.

Протоколы карантина

Большинство учреждений располагали отдельными карантинными протоколами для пресноводных костных рыб и хрящевых рыб (66%, 25/38) (Таблица 1). Несколько из них имели отдельные протоколы для холодноводных видов, хотя различия между протоколами для холодноводных и тепловодных видов варьировали от учреждения к учреждению (три организации использовали длительный период карантина для холодноводных рыб, и пять организаций не использовали сульфат меди для обработки холодноводных рыб).

Таблица 1. Протоколы карантина. Многообразие по группам рыб среди учреждений с замкнутыми карантинными системами

Группы рыб% учреждений (n = 38)
Нет протоколов5
Общие протоколы16
Пресноводные костные, морские костные, хрящевые32
Пресноводные костные (холодноводные/тропические), морские костные (холодноводные/тропические), хрящевые16
Пресноводные костные (холодноводные/тропические), морские костные (холодноводные/тропические), хрящевые, Игловые13
Пресноводные костные, морские костные, хрящевые, Игловые5
Другие13

Все учреждения приспосабливали свой протокол карантина в зависимости от известной или предполагаемой восприимчивости вида рыб. Например, Игловые (Syngnathidae) считались «чувствительными» в большинстве учреждений, и в некоторых из них для данной группы рыб разрабатывались отдельные протоколы. Они исключали использование сульфата меди, нитрофуранов, исключали или допускали минимальные дозы формалина в составе кормовых науплий артемии (Artemia) (18%, 9/38). Большинство учреждений имели список видов с высокой чувствительностью к медикаментам (63%, 22/35). Организации, которые имели общие карантинные протоколы для всех рыб, либо не имели специфических протоколов преимущественно приобретали

Продолжительность карантина

Почти все учреждения выдерживали минимальный срок карантина 30 дней и более (95%, 35/37). Минимальный срок карантина был длиннее для холодноводных видов рыб (45-60 дней). Многие организации докладывали о том, что карантин приходилось продлевать, так как начиналась медикаментозная обработка. Самый продолжительный карантин составлял 90 дней. В одном учреждении он распространялся на всех животных, а в другом – в этот период отсутствовала обработка сульфатом меди или формалином костных и хрящевых рыб. Несколько учреждений укорачивали срок карантина по логистическим причинам, в особых случаях, особенно, для крупных хрящевых рыб.

Диагностика

Все организации регулярно наблюдали за здоровьем рыб. Многие – проверяли костных рыб вручную (41%, 15/37). Проверка включала биопсию жаберной ткани, забор чешуи. Мелкие костные рыбы обычно наблюдались в группах (5-10%), тогда как крупные костные – по отдельности. Большинство учреждений проводило рутинную ручную диагностику хрящевых рыб (54%, 20/37), включая забор чешуи, эндоскопию/биопсию жаберной ткани, морфометрические исследования, диагностическое сканирование (радиография, ультрасонография), анализ крови, посевы крови, анализ фекалий, аспират из целома и специфические анализы (микрочипирование). Остальные учреждения не проводили рутинную диагностику, но прибегали к ней при подозрении на заболевание (46%, 17/37).

Все организации проводили аутопсию погибших в ходе карантина особей, и несколько докладывали о том, что явно больные рыбы подвергались эвтаназии с последующей аутопсией. Специалисты одного из учреждений забирали 2% наименее ценных особей и проводили аутопсию. Патогистологическое исследование проводилось редко: некоторые организации выполняли его на всех погибших особях, которые были достаточно свежими, хотя при массовой гибели анализу подвергалась лишь часть особей (15%, 4/26); чаще всего патогистология проводилась на менее 10% погибших рыб, обычно, когда не удавалось установить диагноз на основе анамнеза, качества воды или аутопсии (54%, 14/26); и одно учреждение не использовало патогистологию (4%, 1/26).

Диагностика, как правило, проводилась ветеринарами (ветеринары и ветеринарными техниками) и студентами (53%), иными сотрудниками учреждения (10%), либо всеми вместе (37%, 11/30).

Обработка

Почти все учреждения, имеющие замкнутые системы передержки, в ходе карантина использовали медикаменты (94%, 34/36). Чаще всего применялись протоколы, представленные в таблице 2. Несколько учреждений чаще прибегали к профилактической обработке рыб, которые прибыли из крупных точек сбыта и, которые предназначались для крупных выставок. Обработке традиционно подвергались рыбы, полученные из других зоопарков и аквариумов. Помимо погружений прибывших особей в воду со слегка измененной соленостью, все организации ждали 3-7 дней, перед началом медикаментозной обработки.

Большинство учреждений изменяли соленость воды во время карантина, включая погружение пресноводных видов, гиперсолевые ванны с низкой соленостью, и погружение морских особей (Таблица 2). Протоколы часто включали специфические условия (адекватная температура, pH) погружения рыб и ванн. Некоторые организации также использовали погружение в раствор в целях диагностики. Воду после погружения в неё рыб исследовали на наличие паразитов (18%, 6/34). Учреждения, которые прибегали к погружению всех пресноводных рыб в низкоконцентрированные гиперсолевые ванны, исключали некоторые виды из обработки (тетр и Мормировых (Mormyridae) не погружали в морскую воду).

Распространенные протоколы обработки рыб на карантине (увеличивается по клику)
Таблица 2. Распространенные протоколы обработки рыб на карантине (увеличивается по клику)

Средством обработки костных и некоторых хрящевых рыб обычно являлся формалин (Таблица 2). Дозировка и продолжительность воздействия варьировали, хотя более высокие дозы коррелировали с более низкой продолжительностью обработки. Максимальная концентрация препарата часто вносилась на входе и на выходе из карантина. Большинство протоколов требовали повышения аэрации во время действия формалина. Группы рыб, имеющие высокую чувствительность к этому веществу, исключались из обработки или концентрация формалина была сниженной (Игловые (Syngnathidae), рыб без чешуи). В 23 организациях, использующих формалин, 4% анализировали его концентрацию в воде, 9% традиционно использовали формалин с малахитовым зеленым.

Обработка сульфатом меди была распространена среди морских костных рыб (Таблица 2). К ней не прибегали в пресноводных системах или, когда щелочность была ниже 50 млн-1. Концентрацию меди медленно повышали с 3 по 7 день. Её измеряли раз в день и при необходимости доводили до терапевтического уровня. Группы рыб, отличающиеся высокой чувствительностью к ионам меди, иногда обрабатывались иначе (Игловые, молодь тропических морских рыб, некоторые холодноводные рыбы). В качестве альтернативы использовали изменение солености, формалин, хлорохин или хелатный сульфат меди (например, препарат Купрамин). Некоторые учреждения продлевали карантин, либо продолжали диагностику, если нельзя было вносить сульфат меди.

Хлорохин редко включался в карантинные мероприятия и обычно применялся для обработки костных рыб, в качестве альтернативы сульфату меди, либо при специфических угрозах (Cryptocaryon, Ichthyophthirius, Amyloodinium). Часто в протоколах прописывалась необходимость затемнения емкости на период погружения в раствор. Из 12 использующих хлорохин учреждений, 25% измеряли его концентрацию в воде.

Органические фосфаты не входят в группу традиционных средств обработки при карантине, однако их применяли против специфических паразитов, имеющих устойчивость к другим препаратам (Веслоногие и Равноногие ракообразные, пиявки и некоторые моногенеи). В трех учреждениях органические фосфаты выступали альтернативой ваннам с Празиквантелом для обработки хрящевых рыб. Тем не менее, Празиквантел был более предпочтителен и применялся, где было возможно (8%, 3/37). Почти все учреждения среди органических фосфатов выбирали Хлорофос (92%, 12/13). Измерения концентрации медикамента в воде не проводилось. Иногда, в качестве альтернативы, использовались Люфенурон и Дифлубензурон.

Часто для обработки костных рыб применялся Фенбендазол. Почти всегда он вводился орально в составе желатиноподобного корма. Концентрация препарата варьировала. Для крупных рыб Фенбендазол иногда дозировался на основе индивидуальной массы тела и скармливался вместе с живцом. Для Игловых, этот препарат часто вводился в артемию; доза варьировала. Несколько учреждений докладывали о высокой чувствительности к Фенбендазолу донных пресноводных видов умеренных широт. В качестве потенциальной альтернативы для чувствительных видов предлагался Левамизол (орально или погружение).

Метронидазол редко использовался. Он вносился орально с желатинообразным кормом, в различных дозах. Для крупных рыб препарат иногда скармливался вместе с живцом.

В практике карантина был распространен Празиквантел, в частности, для обработки погружением хрящевых и морских костных рыб. Ванны с высокой концентрацией препарата часто использовались на входе и на выходе из карантина. Несколько учреждений докладывали об использовании пониженных доз для обработки Игловых, либо исключения Празиквантел из обработки. Так как этот препарат малорастворим в воде, его приходилось растворять в этаноле, либо пропускать через мелкое сито для растворения. Из 29 учреждений, использующих Празиквантел в ваннах, 3% измеряли его концентрацию в воде. Оральный способ введения с желатинообразным кормом преимущественно практиковался для костных рыб или для особей из крупных систем карантина.

Многие учреждения практиковали внесение нитрофуранов в различных комбинациях (нитрофуразон, фуразолидон и метиленовый синий). Эти антибактериальные средства обычно добавлялись в воду в начале карантина и оставлялись в течение 5-10 дней. Большинство организаций не обрабатывали Игловых рыб нитрофуранами. Другие антибиотики применялись редко: в двух учреждениях в начале карантина костных рыб вносилась оксолиновая кислота и окситетрациклин (6%, 2/36). Большинство респондентов прибегали к антибиотикам только в ответ на бактериальное заболевание кожи или другие симптомы системного воспаления (т.е. гиперемия).

Два учреждения практиковали вакцинацию Игловых рыб инактивированными формалином вибрионами (6%, 2/36) и два учреждения (6%, 2/36) использовали DCDHA Selco (Inve Aquaculture, Солт-Лейк-Сити, США) дезинфекцию артемий для Игловых с целью снижения содержания Vibrio spp.

Очистка и дезинфекция

После проведения ванн, в большинстве организаций для адсорбции препаратов использовался активированный уголь (58%, 19/33). Из этих девятнадцати – 84% сбрасывали отработанный уголь в городскую канализацию, 5% сжигали, 11% пользовались услугами профессиональных подрядчиков.

Половина учреждений проводили дезинфекцию ультрафиолетом в некоторых карантинных системах (52%, 14/27). Ряд учреждений оборудовал озонаторы на небольшом числе карантинных систем, либо озонировали систему после её использования (22%, 6/27). Многие учреждения не пользовались УФ-стерилизаторами и озонаторами (44%, 12/27).

Оборудование после карантина, в большинстве случаев, обрабатывалось белизной или другим хлорсодержащим дезинфицирующим средством после осушения емкости (74%, 25/34). Также применялись другие продукты, включая перекисные вещества, иодофоры, четвертичное аммониевое соединение, бигуаниды, спирты, полимерные соединения и пресная вода для обработки оборудования морской системы.

Очистка и дезинфекция отличались среди организаций. Если в ходе карантина не диагностировалось заболевание, большинство из них не перезапускало систему. Многие учреждения на протяжении некоторого времени держали систему свободной от рыб, хотя часто это было обусловлено серийностью поставок. Некоторые учреждения осушали систему или использовали белизну и другие хлорсодержащие средства. Если в ходе карантина обнаруживалось заболевание, применялись различные дезинфицирующие средства, а также изменение температуры и солености, с учетом возникшей инфекции.

Обсуждение

В опросе участвовало 42 организации. Хотя респонденты представляют лишь небольшую выборку среди зоопарков и аквариумов, содержащих рыб, большинство из них аккредитовано AZA и имеют большие площади. Таким образом, результаты должны отражать текущую практику карантина в индустрии.

Изоляция является ключевым компонентом карантина. Идеальным вариантом профилактики инфекции выступает выделение отдельного персонала и области для проведения карантина. Хотя появление специального персонала обычно сопряжено с большим числом приобретаемых рыб, выделение отдельного пространства для карантина не коррелирует с объемом закупок. Большинство учреждений также проводили карантин в резервных емкостях. Не смотря на обособленность этих систем, их близость к системам с коллекционными животными повышало риск перекрестного заражения посредством брызг, образования аэрозолей и фомитов (предметы, находящиеся в контакте с больными и способные перенести заболевания). Многие организации редко или иногда проводили карантин рыб прямо на выставке. Если выставка пустая, то такая практика не подвергает опасности коллекционных животных, однако сама схема выставки ограничивает мониторинг, доступ и возможности обработки рыб. Тем не менее, карантин практиковался на выставке по различным причинам (редкий вид рыбы, бедная коллекция, недостаточно резервного места). Это повышало риск контакта коллекционных животных с новыми патогенными организмами и ограничивало возможности мониторинга, доступа и обработки.

Костные, хрящевые рыбы и беспозвоночные содержались в карантине отдельно, если это было возможно. Данный подход расширил возможности обработки, так как несколько препаратов, предназначенных для костных рыб, потенциально токсичны для ряда беспозвоночных животных и хрящевых рыб (сульфат меди, органические фосфаты).

Существовала высокая вариабельность карантинных мероприятий среди учреждений, что было связано со спектром приобретаемых видов рыб и площадью помещений. Однако несколько методов и режимов обработки применялись в более 50% учреждений с замкнутыми системами карантина (Таблица 3). Большинство организаций использовало различные протоколы для пресноводных костных, морских костных и хрящевых рыб. Многие также имели отдельные протоколы для холодноводных и тропических видов, хотя эти различия варьировали среди учреждений. Многие располагали специфическими протоколами обработки Игловых рыб, которые предполагали снижение дозы лекарства и, в некоторых случаях, введение вакцин от вибриоза и дезинфекцию корма.

Организация AZA определила 30-дневный карантин в качестве адекватного стандарта для рыб, но для некоторых видов или заболеваний этот промежуток укорачивался или удлинялся. 95% всех учреждений с замкнутыми системами карантина избрали минимальный период в 30 дней или более. Этот результат схож с результатами опроса 21 организации в Европе, где 86% из них проводили карантин 30 дней и более. В данном исследовании длительность карантина часто была больше, что связано с обработкой или содержанием холодноводных видов рыб, у которых возбудитель и клинические проявления возникали позже. Некоторые учреждения докладывали о ситуациях, когда практические ограничения требовали укорочение карантина на срок менее 30 дней, в частности, для крупных акул.

Все учреждения проводили наблюдение и оценку состояния животных и диагностику, когда рыба отличалась болезненностью. Согласно литературным данным, рекомендуется брать для анализа подгруппу особей из каждой популяции. Этой практики придерживалась половина организаций. Диагностика костных рыб чаще всего проводилась на предмет наружных паразитов (эктопаразитов), которые вызывают высокую смертность и болезненность. Диагностика хрящевых рыб была более тщательной и часто проводилась с каждой отдельной особью.

Все зоопарки и аквариумы для определения потенциального возбудителя делали аутопсию. Эта практика отличается от Европейского опроса, согласно которому лишь в 46% аквариумах проводили аутопсию рыб, находящихся на карантине. Менее распространенным методом была патогистология. Вероятно, это обусловлено тем, что подавляющая часть инфекционных заболеваний диагностировалась на основе макроскопической аутопсии. Кроме того, стоимость и время, необходимое на проведение патогистологии слишком велики.

В замкнутых системах карантина была распространена профилактическая обработка. Несколько учреждений докладывали о более агрессивной профилактической обработке рыбы, поступающей из дикой природы и крупных точек сбыта. Эти особи, как предполагается, являются наиболее вероятными носителями распространенных и/или наиболее опасных инфекции. Кроме того, жесткая профилактическая обработка проводилась при поступлении рыбы на крупные выставки, потому что в дальнейшем возможности лечения были ограничены. Так как обработка может навредить животным и системе аквариума, и так как данные о токсичности веществ ограничены, большинство учреждений вели список потенциально чувствительных видов.

Чаще всего, от эктопаразитов рыб обрабатывали растворами с измененной соленостью, сульфатом меди, формалином и празиквантелом. Морскую рыбу погружали в пресную воду, а пресноводную рыбу в низкоконцентрированные гиперсолевые ванны. Это был единственный протокол обработки на карантине в проточных системах. Метод с изменением солености имел несколько преимуществ, включая стоимость, воспроизводимость, простоту утилизации отработанного раствора, толерантность к солевым растворам большинства видов.

Сульфат меди обычно использовался для морских костных рыб. Он был токсичным для многих видов, но при правильном применении эффективно боролся с эктопаразитами – инфузориями и динофлагеллятами. Концентрация препарата медленно доводилась до терапевтической дозы и измерялась, по крайней мере, один раз в день. Подавляющая часть протоколов предполагала альтернативу для видов, которые имели высокую чувствительность к сульфату меди.

Хлорохин также применялся как средство против простейших, чем против бактерий. Он имел более высокий терапевтический индекс (показатель широты безопасного действия лекарственного средства), чем медь.

Формалин предназначался для обработки костных рыб, преимущественно, в высоких дозах на короткие промежутки времени. Процедура проходила в условиях дополнительной аэрации, потому что очень сильно расходовался кислород. Некоторые ванны длились несколько дней; интересно было бы пронаблюдать изменения концентрации формалина с течением времени. Иногда, вместе с формалином, для обработки от простейших вносился малахитовый зеленый. Однако, из-за токсичности и опасности для здоровья человека, малахитовый зеленый имел низкий приоритет в использовании.

Для обработки хрящевых и морских костных рыб, главным образом, против моногеней, обычно применялись ванны с Празиквантелом. Хотя этот препарат относительно дорог, он имеет широкий терапевтический индекс и эффективен против взрослых моногенетических сосальщиков. Вероятно, на концентрацию Празиквантела в растворе влияли метод его растворения, химия воды, система содержания, поэтому интересно было бы измерить изменение его уровня при обработке.

Обработка против эндопаразитов проводилась редко и включала оральное введение Празиквантела и Фенбендазола. Наблюдалась поразительная вариабельность доз препаратов в желатинизированном корме. Это связано с недостатком данных о фармакокинетики и разобщение в литературных данных: доза Празиквантела для орального введения составляла 4000-20000 мг/кг корма, а Фенбендазола – 5000-40000 мг/кг корма. Вероятно, старые протоколы сохранятся до тех пор, пока не будет отмечен негативный эффект действия препаратов. Особую озабоченность вызывает разброс дозировок для Фенбендазола, так как имеются сведения о его токсичности при введении акулам орально (25 мг/кг). Оральное введение должно учитывать потребление корма и данные об фармакокинетики и эффективности.

Антибактериальные нитрофураны использовались в 25% учреждений непосредственно после транспортировки рыб. Эти препараты предназначались для снижения бактериальной нагрузки в воде, потому что транспортировка непременно сопровождается потерей слизистого секрета и травмами кожи. Однако погружение в качестве метода обработки опасно для персонала и среды, потому что человек контактирует с раствором, и сам раствор сбрасывается в канализацию. В США использование нитрофуранов рекомендуется только в самых крайних случаях.

Специально для Игловых рыб предложены антибактериальная обработка артемий с их последующим скармливанием и вакцинация от вибриоза. Важно отметить, что вибриоз является основной причиной высокой смертности и болезненности Игловых, особенно, когда особи травмированы и подверглись стрессу.

С целью снижения нагрузки патогенными микроорганизмами можно использовать дезинфекцию. Хорошие результаты отмечаются при работе ультрафиолетового стерилизатора. Хотя это наиболее распространенная форма дезинфекции, ей располагает лишь половина всех учреждений, что связано с дороговизной оборудования. Эффективную дезинфекцию также обеспечивает озонирование. Однако токсичность озона требует пристального контроля концентрации этого газа и его производных. Озонаторы не были распространены среди карантинных систем. Это, вероятно, обусловлено тем, что различная биологическая нагрузка и маленький объем многих систем повышал риск возникновения токсического эффекта. Кроме того, озонирование технически сложный и дорогой процесс. Две организации использовали этот процесс для дезинфекции воды, выходящей из карантинной системы. Таким образом, они снижали биологическую нагрузку на окружающую среду.

Часто для адсорбции лекарств применялся активированный уголь. Затем, обычно, он сбрасывался в канализацию. Общий объем угля был небольшим, особенно, в сравнении с аквакультурой, но сброс раствора с препаратом и угля в среду вызывает опасения.

Очистка и дезинфекция сильно отличались среди учреждений. Тем не менее, наиболее распространенными дезинфекторами были хлорсодержащие растворы. Дезинфекция и очистка проводились особенно тщательно при обнаружении специфического заболевания.

Группы рыбАспекты карантина
Все группы рыбМинимум 30 дней изоляции. Регулярное наблюдение. Аутопсия всех погибших, патогистология некоторых.
Пресноводные костныеФормалин, если толерантны, повторение. Фенбендазол с кормом. Диагностика, если есть погибшие и заболевшие
Морские костныеПогружение в пресную воду в начале и конце карантина. Длительные ванны с сульфатом меди, если толерантны. Формалин, если толерантны, повторение. Ванны с Празиквантелом. Фенбендазол с кормом. Диагностика, если есть погибшие и заболевшие
хрящевыеВанны с Празиквантелом. Наблюдение вручную, диагностика

—-
по информации: Catherine A. Hadfield, M.A., Vet.M.B., M.R.C.V.S., and Leigh A. Clayton, D.V.M., Dipl. A.B.V.P. (Avian). Fish Quarantine: Current Practices in Public Zoos and Aquaria. Journal of Zoo and Wildlife Medicine, 42(4):641-650. 2011

Реакция постоянных читателей:

Заметил ошибку, тык*:

 Orphus

Комментарии Вконтакте:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *